Мы были тогда на правильном пути!

П.Р.ТЕРСКИЙ.

В свете развернувшихся в Союзе дискуссий о об отношении русского православного человека к понятию Родина, о том, чем явилась для нас победа во 2-й мировой войне, небезынтересно, думаем,  узнать мнение одного из тех людей, которые по общераспространенному  мнению потерпели  военное, политическое и нравственное фиаско.

(К 35-летию основания Русского Корпуса).

Большинству эмиграции сегодня слова пораженчество" и "оборончество" почти ничего не говорят. Но представители самого старшего поколения навер­но хорошо помнят, что в конце 30-х годов, за несколь­ко лет до начала совето-германской войны, эти два слова буквально "поляризовали" всю эмиграцию.

Сколько тогда писалось и говорилось на эту тему! А тема была настолько болезненной, что Иван Солоневич в своей газете "Голос России" не без основа­ния назвал ее "обнаженным нервом" эмиграции.

Вопрос,  вкратце, сводился к следующему: кому желать победы в войне против СССР?

Так в статье "Вы за кого?" Б.Л. Солоневич в той же газете прямо писал, что на этот вопрос '"может быть теперь только один честный русский ответ: за поражение Красной армии". И братья Солоневичи были тогда авангардом и трубадурами "пораженчества".

"Оборонцы" же, в свою очередь, стояли за оборону страны, т.е. за неприкосновенность территории СССР. И надо думать, что одним из наиболее видных пред­ставителей "оборончества" был б. Главнокомандую­щий Вооруженными силами ,Юга России генерал А.И. Деникин. По крайней мере И.Л. Солоневич писал о нем: "Он оборонец. Мы занимаем пораженческую по­зицию".

А вот отрывок из письма Ивана Солоневича генера­лу Деникину: "Я говорю от имени русского мужика. Его надо спасать. Его надо спасать любой ценой. Потому что он безоружный двадцать лет борется про­тив танков, газов и самолетов, и он, действительно, начинает сдавать. Он пока не сдал, но если он сдаст, тогда все пропало. Тогда все наши территории разбе­рут кто попало, до цыган включительно".

В другом месте И.Л. Солоневич еще более катего­ричен: "Говоря о России, я говорю, главным образом, о русском народе. Если мы на 50 лет потеряем 20 губерний — это плохо, но это лучше, чем если еще 20 лет будет вестись политика морального и физическо­го вырождения страны. Россия — это прежде всего — 'люди, а потом уже территория . (Подчеркнуто мною, П.Т.)

И вот началась совето-германская война ("оборо­нец" бы сказал здесь: "великая отечественная война"). Теоретические рассуждения на тему: "Вы за кого?" уступили место практическому решению вопроса: "Кто враг № 1?" Снова "поляризация" эмиграции, но уже не словесная. . .

"Пораженцы" становятся в строй. Основание и фор­мирование отдельного Русского Корпуса в Сербии в 1941 году четко и ясно определяет позицию патриотически настроенной части русской эмиграции: на­шим врагом № 1 - был, есть и будет коммунизм, физически и духовно поработивший Россию.

Ну, а "оборонцы"? Они продолжали и тогда свою "оборону   территории",   конечно,   словесную,   и   даже"переходили в наступление" ( быть может, по принципу: "нападение есть лучшая оборона"?): мол, недопусти­мо формирование русского воинского соединения в составе армии б. врага России и тогдашнего врага СССР и Югославии.

Поразительно то, что ответ "оборонцам" пришел с самой для них неожиданной стороны: вчерашние бой­цы Красной армии сегодня массово вступали в ряды Русской Освободительной Армии (РОА), формируе­мой   в   составе   германской   армии   и  возглавляемой - А.А.  Власовым, вчерашним командующим 2-й ударной армией, незадолго перед тем (24 января 1942 г.) про­изведенным Сталиным в генерал-лейтенанты.

И еще говорили тогда "оборонцы", что Русский Корпус, мол, дрался не там где нужно и его бойцы бесцельно пролили кровь.

Во-первых, создавая Русский отдельный Корпус (переименованный затем немцами в "охранный"), ге­нерал М.Ф. Скородумов оговорил в условии с герман­ским командованием об использовании его исключи­тельно для борьбы *с коммунистами. И, во-вторых, командование Корпуса не властно было выбирать се­бе фронт борьбы. А если немцы (партийное началь­ство) не выполнили своего обещания, не отправили Русский Корпус на восточный фронт, то... мало ли они вообще делали глупостей, их же, в конце концов погубивших.

Однако, говорить о том, что Русский Корпус "зря проливал кровь" — это полное непонимание обстанов­ки современной войны. (О, как знакомо нам, совре­менникам Кореи и Вьетнама, такое, мягко выража­ясь, "непонимание" со стороны всякого рода "голуб­ков" — либерально-левых попутчиков теперь уже не одного только "советского коммунизма!")

Любой антикоммунистический фронт имеет сегод­ня первостепенное значение, а для нас, русских, и решающее. И тем более важно было взяться за ору­жие тогда, когда коммунизм переживал самые кри­тические минуты за все время своего, более чем по­лувекового существования.

Но это далеко не все. Вооруженные силы КОНРЪ генерала Власова, XV- й Казачий корпус генерала фон Паннвица, Русский Корпус, 1-я Р.Н.А. генерала Хольмстона-Смысловского и др. русские формирования того периода являли собой также и своего рода со­лидную гарантию будущей неприкосновенности тер­ритории России. Ведь ясно же, что жадная на эти территории гитлеровская партийная клика не могла бы не считаться с внушительным военно-политиче­ским русским кулаком, над созданием которого к концу войны лихорадочно трудились сподвижники ге­нерала Власова совместно с командованием перечи­сленных выше русских соединений.

Таким образом, самая первая русская часть пе­риода  совето-германской  войны,   созданная из белых эмигрантов 12 сентября 1941 года — Русский Корпус — приняла активное участие как в борьбе за поражение Красной армии (подразделения Русского Корпуса к концу войны сражались с красноармейскими соедине­ниями войск 3-го Украинского фронта генерала Тол­бухина), так и в символической тогда еще защите не­прикосновенности территории России (в особенности с того момента, когда командир Корпуса генерал Штейфон  заявил о своей готовности подчиниться генералу Власову).

Совесть чинов Русского Корпуса перед Россией и Югославией — чиста и, по-прежнему, "бела". Путь их был, есть и всегда будет — прямым.

А этого, к сожалению, никак нельзя сказать про всех "оборонцев". Не так легко будет некоторым из них со своей совести сцарапать красную краску от взятых ими в свое время советских паспортов.

Источник: №360 "Наши Вести"  Сентябрь- октябрь 1976 г.