Бросок на Москву
Максим Калашников
Дарт Вейдер
БЕЛОРУССКИЙ ВАРИАНТ
В этой статье мы попытаемся смоделировать поход белорусских вооруженных сил на Москву в момент наивысшего кризиса РФ, когда возникнет угроза распада страны.
Статья носит чисто теоретический характер и ни к чему не призывает. Рассматривайте ее как наметки художественного рассказа-триллера.
ПРЕДГРОЗИЕ И ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ
В ближайшее время в стране может разразиться острый политический кризис. Насколько неустойчив режим - мы убедились в декабре 2010 года. Все разговоры о модернизации, о борьбе с коррупцией на этом фоне уже никем всерьез не воспринимаются. Власть потеряла моральный авторитет. В честность чиновника и милиционера, в справедливость суда никто не верит. Этнические проблемы в РФ уже настолько обострились, что могут вспыхнуть ожесточенными конфликтами. Народ потихоньку пробуждается и открывает глаза. Мы уже наблюдаем, как многие граждане, ранее совершенно нейтрально относящиеся к политике и режиму, в последние годы все больше недовольны властью. Поэтому ситуация с обострением кризиса в стране очень даже вероятна.
Аналогичная ситуация наблюдалась в 1989-1991 гг.
Одним из путей разрешения кризиса мог бы стать стремительный поход белорусских дивизий на Москву. Для того, чтобы создать временное стабилизационное правительство Национального спасения.
Сразу оговоримся: решение об освободительном походе будет приниматься в весьма сложных условиях. Поэтому велика вероятность, что у руководства РБ может банально не хватить решимости…
Другой важный момент: кто-то в момент апогея кризиса РФ должен выступить как некое параллельное правительство, взывающее к Минску о помощи. Причем о помощи в рамках Союзного государства. В идеале такое правительство должно быть тайно создано на территории РБ загодя – и в нужный момент так же тайно должно быть переброшено на территорию Росфеда.
– Не разваливать надо было Союз по планам американских специалистов-советологов, с голоса которых действовали отечественные расчленители, заходясь в требовательной истерике, а держаться вместе. Отпустив на волю вольную, разумеется, тех, кто свою совместную жизнь с Россией считал невозможной. Но и здесь прислушиваясь к мнению народному, а не к мнению национал-расплевательства. Держаться вместе до тех пор, пока произойдет общественное отрезвление, поскольку в горячке да во взаимных обличениях разумного решения быть не может. А там – как будет соизволение Божье и народное. Но именно отрезвления-то и боялись. Вообще вся перестройка, перекройка, перетряска творились в неимоверной спешке, горячке, в возбуждении и опьянении, в мстительной запальчивости и угаре, как будто дело касалось не великого государства, имеющего тысячелетнюю историю, а умыкнутого с чужого воза достояния. В том, как происходил раздел, было что-то разбойничье, воровское, неприличное – скорей, скорей, чтобы не спохватились и не вернулись к месту преступления. Когда-нибудь историки постараются разгадать этот удивительный феномен: как мелкие жулики с легкостью провели мирового масштаба сделку, превратив нас всех в жертвы своих политических манипуляций.
